Если те, кто выпадает из западного общества, ведут себя как дикари, то это не бунт, а реакция и регресс.
Чем больше вы знаете, тем глубже чувствуете, что есть промежутки, которые невозможно заполнить. Сущее не бывает последовательным никогда. Система с необходимостью будет последовательна, но бытие само никогда не последовательно. И никакая система не может объяснить это. Когда человек вырабатывал системы объяснения бытия (в Индии, Греции, Китае), он создавал игры. Если первый шаг вы признавали правильным, тогда вся система функционировала отлично; но если первый шаг не принимался, тогда все построение рушилось. Подобное построение представляет собой упражнение в воображении. Это прекрасно. Поэтично. Но как только система начинает настаивать на том, что ее версия бытия является абсолютной истиной, она превращается в разрушительное насилие. Все эти системы истины -- всего лишь поэзия. Прекрасная поэзия, и ничего больше. Многие промежутки были заполнены воображением.
Гностическое существо будет жить в самых глубинах в единстве с Богом, Вечным, самопогруженным в глубины Бесконечного с его вершинами и скрытыми безднами…
Выполняя упражнение № 19, вы одновременно проводите тестирование своих энергетических возможностей.
Некоторые шли еще дальше и выдвигали смелое предположение, что даже сама наша планета – живое существо. Вспомним хотя бы профессора Челленджера, описанного пером Конан Доила в рассказе «Когда Земля вскрикнула». И эта идея нашла себе блестящее подтверждение в научной концепции соотечественника чудаковатого Челленджера – современного британского геолога и химика Джеймса Лавлока. «Земля, – пишет он, – является матерью всего живого, что питает, защищает и пестует бессчетных своих отпрысков».